От Зимы до Лондона. Часть 4: «Да нафига этот Лондон?»

Как живут потомки литовцев, в судьбу которых вмешался Сталин. История одной семьи...

(Окончание. Начало здесь, здесь и здесь)

Старшая дочь Домаса, Генуте, последние семь лет живет в Лондоне. Она работает няней. И когда выводит детей на прогулку в парк, где вокруг звучит русская речь, бывает, задается вопросом: «Где я нахожусь?». Русский язык не хочет оставить ее. Да и вообще судьба у нее как в песнях русского шансонье – то надрывное «на станции Зима до пояса сугробы, до станции Зима в один конец билет», то «я уеду жить в Лондон».

Станция Зима на Транссибирской магистрали. Фото автора

Генуте одной из всей семьи удалось вернуться в Литву – еще в 1977 году, двадцатилетней девушкой. Она поселилась в провинции, где звучала только литовская речь, но до сих пор говорит на родном языке с акцентом, делает ошибки на письме. Генуте жалуется по скайпу, что «не слышит» двойных, длинных и коротких гласных.

–  Получается, у Вас и русский родной, и литовский родной?

–  Ну да, хотя я бы не хотела говорить, что русский родной. Меня заставили, у меня не было выбора. Я жила там, где была только русская школа. Хотя о самом языке я не жалею, я люблю русскую классику, но мне обидно, что у меня литовский с акцентом.

Адаптация, как она говорит, была настолько тяжелой, что временами возвращение в Сибирь казалось неизбежным. «Я чужой себя чувствовала. Знаете, есть фраза: “свой среди чужих, чужой среди своих”. У меня раздвоенные чувства, раздвоенная жизнь. Такое ощущение, что нету корней. Ты там вырос, тебе там нравится, песни, все это ты понимаешь. А литовское – оно тебе родное, но не всегда греет», – переживает Генуте.

Памятник всем репрессированным возле католического кафедрального собора в Иркутске. Фото автора

Литовский язык Генуте учила, читая запрещенные антисоветские книги. Сначала она жила у дяди Лени, который, в соответствии с духом времени, был уже не партизаном, а диссидентом. И сама она вскоре вышла замуж за литовского диссидента, которого в первый раз привели на допрос в КГБ тринадцатилетним – за вывешенный в столице ЛитССР буржуазный триколор. А дядя Леня, старый Лютас, уже в 1980 году стал первым, кто сделал это не тайно, а открыто – во время митинга на Кафедральной площади в Вильнюсе.

Литва добилась независимости, но хэппи-энд в судьбе Генуте все откладывается.

– Где, по Вашим ощущениям, Ваш дом?

– Сейчас мой дом здесь, – говорит Генуте по скайпу из Лондона. – Я социально защищенная. В Литве я потеряла работу. Как быть, что делать? Работы в таком возрасте уже не найти. Я поехала сюда. У меня не болит душа, что у меня не будет, чем в конце месяца заплатить за квартиру, что мне не будет, чем помочь детям. Я здесь чувствую себя совсем комфортно, в бытовом смысле. А морально я не чувствую себя хорошо, потому что я… я хочу, чтобы все литовцы жили в Литве.

Уроженка Зимы переживает, вырастут ли литовцами ее внуки, которые тоже живут за границей, в Швеции, и шведский уже знают лучше родного. А вот Генуте так и не выучила английский. Она уверена: дотянет до пенсии и вернется в Литву.

Дайва Кучинскайте,

"Новая газета — Балтия"

promo roman_i_darija december 31, 15:46 5
Buy for 10 tokens
2017 - это… ...год, когда мы стали литературными неграми у Минобранауки. Все тексты, которые мы полгода писали для их краеведческого сайта rusroads.com были, наконец, опубликованы - но без упоминания авторов. В ЖЖ мы не только возвращаем своим текстам имена, но и некоторые детали, которые…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
очень ее понимаю на предмет литовских гласных. Я тоже говорю на литовском больше 30 лет, а гласные не слышу. Это делает невозможным сдачу литовского экзамена, особенно когда самоучка, как я. Очень многое я запомнила, вывела правила для себя. Но только однажды, когда я хотела сдать на англо-литовского переводчика и стала брать уроки литовского по скайпу, я поняла, до какой степени я плохо знаю язык. Ведь есть довольно несложные правила, которые всерьез могут сократить количество ошибок при написании. И да, акцент не исчезает никогда. Радостно, что юные висагинцы учат литовский в школе отлично, поступают в вузы без проблем и часто говорят без акцента. Для примера - певица Арина Орлова, она же наша висагинская, а поет литовские песни чудесно, без малейшего акцента. Да, проблема языка немаленькая, и для сегодняшних эмигрантов - тоже. Как только дети исключаются из литовской языковой среды - они пропадают для страны, нет будущего вообще.